Из монастырских тетрадей

«Обенно важны примеры стойкой веры и открытого исповедания для молодежи, которая часто ищет и не находит опоры в своих религиозных устремлениях. Представьте себе молодого человека, заброшенного в неверующую среду. Быть может, в его душе и есть правильные устои веры, заложенные еще в семье, но ведь все это, все его духовное мировоззрение находится только в состоянии формирования и потому неустойчиво»

Свщмч Василий Кинешемский

И в ХХ веке, и сейчас юности нужны не столько и не только слова о вере, сколько дела веры, живой пример жизни во Христе.Малыши считывают взрослых, как точные сканеры или даже МРТ.

Что они увидят в нас?…Можно сколько угодно рассказывать детям, что значат Таинства Исповеди и Причастия, как должно вести себя в храме, как ставить свечки и проч., но если они не увидят своими глазами живого примера трепета и благоговения перед святыней Божией, если не почувствуют глубинной тишины и молитвенного умиротворения во взрослых, стоящих рядом, они мало что поймут.

Молодежь должна видеть, что христианство это ежедневное следование за Христом, а не набор ритуалов воскресного дня. Видеть и опытно знать, что Бог не остается за порогом храма.

Самая буйная, беспечная и бунтарская молодость может склониться, замереть и в корне измениться перед живым Откровением Истины, перед Божественным Светом.

Только бы взрослым хватило сил и мужества стать чистым стеклышком, через которое Тихий Свет — Христос будет сиять юношеству, не преломляясь и не искажаясь.

«Объятия Отча отверсти ми потщися,
блудно мое иждих житие,
на богатство неиждиваемое
взираяй щедрот Твоих, Спасе,
ныне обнищавшее мое да не презриши сердце.
Тебе бо, Господи, умилением зову:
согреших на Небо и пред Тобою»

Стихира Постной Триоди, Неделя о блудном сыне

Эта стихира — монашеский лейтмотив. Во время пострига и всю оставшуюся жизнь мы ползëм под эту дивную музыку к Богу.

Люди часто воспринимают постриг как подвиг со стороны человека, как усилие воли и серьезный шаг. Все это лишь отчасти так. От крохотной части…

Первым на встречу нам выходит, или, как в притче, радостно выбегает, Господь.Он избирает нас. Он зовёт нас. Он дает нам силы снова и снова переживать девятый вал искушений и борьбы.

Его объятия — распростёртые на Кресте руки — единственное подлинное утешение для монаха. Только в них душа находит покой.

Расточив богатство духовной чистоты, «погубив ума красоту», мы с покаянием приходим к Отцу.Он выбегает нам на встречу, одевает нас в дивные одежды, «заколает тельца упитанного» — всего Себя даёт нам в пищу в Таинстве Евхаристии, и радуется нашему возвращению.

Новое рождение — ты снова сын, снова дочь. Перстень на руку и радость Пасхи!…

Вся твоя жизнь отныне — благодарность и пение. Больше ничего и не нужно. Не важно, какие пряди волос упадут на пол, белые, с проседью или совсем юные. Важно одно: ты снова сын, снова дочь…

На войне же была все-таки какая-то доля опасности, и поэтому сознание, что ты действительно в руках Божиих, доходит иногда до очень большой меры. Попутно делаешь всякого рода открытия: о том, что ты не такой замечательный, что есть вещи гораздо важнее тебя; о том, что есть разные пласты в событиях.
Есть, скажем, пласт, на котором ты живешь и тебе страшно, или какие-то еще чувства одолевают тебя, а есть помимо этого еще какие-то два пласта: выше, над тобой — воля Божия, Его видение истории, и ниже — как течет жизнь, не замечая событий, связанных с твоим существованием.
Помню, как-то я лежал на животе под обстрелом, в траве, и сначала жался крепко к земле, потому что как-то неуютно было, а потом надоело жаться, и я стал смотреть: трава была зеленая, небо голубое, и два муравья ползли и тащили соломинку, и так было ясно, что вот я лежу и боюсь обстрела, а жизнь течет, трава зеленеет, муравьи ползают, судьба целого мира длится, продолжается, как будто человек тут ни при чем; и на самом деле он ни при чем, кроме того, что портит все. Ну, и потом очень простые вещи, которые вдруг делаются очень важными»

Митрополит Антоний (Блум)